На главную страницу Хроника и события

Европа недвусмысленно намекнула…

     В начале октября сего года собрался очередной Конгресс Федеративного союза европейских национальных меньшинств (ФСЕНМ или FUEN). Казалось бы, явление обыденное, привычное. Ведь конгрессы ФСЕНМ собираются ежегодно вот уже на протяжении 60 лет. И, что характерно, как правило, в тех районах европейских государств, где отмечается скопление национального меньшинства конкретного национального государства. Ну, например, в 2006 году Конгресс состоялся в городе Баутцене, что недалеко от Дрездена, где испокон веков живут немецкие славяне сорбы.
     Однако заведённая много лет назад традиция собираться там, где живут национальные меньшинства (или коренные народы) была в 2009 году проигнорирована. И причиной тому стал не только юбилейный год существования ФСЕНМ – шестидесятилетие, которое было отмечено с большой помпой, но, скорее всего, другое: этим юбилеем решили воспользоваться. А кто и с какой целью? Вот об этом-то я и хочу рассказать подробнее. Но сначала немного предыстории.
     После завершения второй мировой войны растерзанная Европа стала возрождаться, постепенно перековывая мечи на орала. Мировая бойня, наконец, отрезвила даже самых оголтелых милитаристов, доказав, что любой худой мир лучше хорошей победоносной войны. Европа стала перестраивать мышление людей на то, что всякую проблему можно и нужно решать не средствами силового воздействия, не силой, а путём переговоров и нахождения разумных компромиссов. И одной из форм процесса переориентировки мышления людей стало создание всевозможных международных организаций, реализующих на практике мирное разрешение международных конфликтов. Федеративный союз европейских национальных меньшинств, созданный на этой волне в 1949 году, и стал непосредственно заниматься одной из сложнейших проблем Европы – проблемой совместимого существования титульных наций государства с национальными меньшинствами и коренными народами этого государства, взяв при этом на вооружение только мирные средства решения задач. Речь сначала шла о немецких землячествах, имевших распространение почти во всех крупных государствах Европы. Но со временем обратили внимание и на остальные национальные меньшинства.
     К сожалению, пока Европа была разделена на Западную и Восточную, противостоя идеологически друг другу, все эти изменения происходили только в странах Западной Европы. Но в 1991 году коммунистического Советского Союза не стало, и международные организации Западной Европы стали проникать в страны бывшей милитаристской коммунистической империи. Уже в 1992 году ФСЕНМ предложил Меджлису крымскотатарского народа вступить в эту международную организацию (сначала на правах члена-корреспондента, затем ассоциированного члена, а затем уже и действительного члена). Помимо репрессированных в войну крымских татар, этим приглашением воспользовались советские немцы, месхетинские турки, балкарцы, карачаевцы и некоторые другие, ущемлённые в правах, народы европейской части бывшего Советского Союза. С этим новым представительским вливанием авторитет и значимость ФСЕНМ возросли, потому что проблемы, появившиеся в поле зрения этой международной организации намного усложнились. А воздействовать на страны СНГ Западная Европа поначалу не могла из-за отсутствия эффективных рычагов. Правда, со временем эти рычаги появились.
     И одним из таких рычагов стало стремление суверенных государств из бывшей распавшейся коммунистической империи войти в состав европейского сообщества. Быстрее всего с этой задачей справились прибалтийские государства, у которых единственной головной болью стали русские люди, оказавшиеся неожиданно национальным меньшинством. Это юридическое нацменьшинство на радость прибалтам было и фактическим меньшинством. Поэтому национальный вопрос в этих прибалтийских государствах решили путём компромиссных уступок довольно быстро: не хочешь признавать государственное устройство и порядки нового национального государства, можешь покинуть страну, тебя никто удерживать не станет. Оказавшись в количественном меньшинстве, русское население очень быстро сориентировалось в ситуации и отказалось от идеи великорусского шовинизма, приняв благоразумное решение остаться в Прибалтийских государствах за пределами России. А несгибаемые шовинисты в числе нескольких человек вернулись в Россию.


     Там же, где русских количественно оказалось слишком много, проблема интеграции в европейское сообщество превратилась в неразрешимую задачу. В результате - Молдавия уже давно раскололась на два государства, а Украина находится на пути к этому расколу.
     В крымской провинции Украины этно-политическая ситуация ещё сложнее. Там к противостоянию русских и украинцев вмешались и крымские татары. И хоть последние в количественном отношении составляют всего 12% населения (русских – 65%, украинцев – немногим более 20%), но именно крымские татары не позволили в своё время русским присоединить Крым к России или сделать его независимым от Украины, подобно Приднестровью в Молдавии. Крымские татары – более организованная и сплочённая нация. Юридически – это не национальное меньшинство, а коренной народ. И это сознание придаёт народу силы. Национальным меньшинством юридически в Крыму являются русские. Но количественно в Крыму они превосходят даже украинцев. Вот это-то обстоятельство и составляет главную национальную проблему Украинского государства в регионе.
      Правда, эта проблема не является неразрешимой. Гордиев узел проблем можно разрубить одним ударом…, если вернуть Крыму статус национальной крымскотатарской автономии, которую он уже имел, кстати, в начале ХХ века после развала Российской царской империи. Этим актом украинского правительства Украина, во-первых, обезопасила бы себя от посягательств России на Крым, привлеча на свою сторону коренной народ Крыма, проблемой которого интересуется и Европейское сообщество; во-вторых, нейтрализовала бы русское национальное меньшинство, претендующее на верховенство в Крыму (отведя удар от себя и направив его на крымских татар); в-третьих, этим юридическим актом Украина, наконец, расчистила бы себе дорогу в Европейский Союз, куда не пускают государства с неразрешёнными национальными проблемами, как, например, Турцию. А Украина очень хочет войти в Евросоюз. Дав же крымским татарам национальную автономию, Украина одним росчерком пера заодно и реабилитирует незаконно репрессированный народ, чего от неё долгие годы добиваются крымские татары, которые через ФСЕНМ ищут поддержки от Европейского Союза. Вот почему Украине рано или поздно придётся пойти навстречу крымским татарам. В противном случае двери в Евросоюз для неё будут закрыты.
     К таким выводам мы, постоянные представители от Восточной Европы, пришли, увидев и оценив, с каким вниманием парламент Евросоюза отнёсся к проведению очередного Конгресса ФСЕНМ. Мало того, что Конгресс национальных меньшинств Европы в этом году было предложено провести в столице Новой Европы Брюсселе. Но в довершение ко всему для работы почти двухсот делегатов были предоставлены лучшие залы Европарламента, оборудованные новейшей техникой и квалифицированной командой переводчиков, ведущих работу на всех 23 официальных языках Евросоюза. Даже жить делегатов разместили в пятизвёздочном отеле, чего раньше я за всю пятнадцатилетнюю практику посещения Конгрессов ФСЕНМ не встречал. Обычно мы обитали в прошлом в трёхзвёздочных отелях.
     Всё это говорит только об одном: современная демократическая Европа твёрдо намерена отстаивать свои демократические позиции, и через международную организацию ФСЕНМ, куда входят и представители государств, не являющиеся членами Евросоюза, даёт понять, что членом этого престижного Союза может стать лишь государство, свято соблюдающее все демократические принципы жизни. Возможно, именно с этой целью Евросоюз решил переориентировать сознание крымчан, внеся в их быт элементы западноевропейского образа жизни, начав с 2010 года инвестировать крымскую экономику, экологию и т.д. Ведь Украина серьёзно намерена войти в Евросоюз, чего и не скрывает.


     Что же касается моих личных впечатлений, полученных от посещения столицы Европы, то могу сказать, что Европа после создания Евросоюза в 1999 году очень заметно стала меняться. Буквально на глазах. Приведу лишь несколько наблюдений, характеризующих быт европейца шенгенской зоны.
     Первое, что сразу бросается в глаза, когда чужестранец покидает самолёт, - это этническая пестрота толпы, в которую вливается пассажир. Прожив в Брюсселе всего несколько дней, я только утвердился в этом мнении. У меня сложилось такое впечатление, что белые люди составляют лишь незначительную часть населения города. Но при всём при этом все эти афро-азиаты – типичные европейцы, абсолютно не похожие на тех азиатов, которых я встречал в азиатских странах. Ни во внешнем облике, ни в манерах поведения и разговоре они не отличаются от типичных европейцев. При этом все общаются на французском языке, хотя понимают и другие. Я как-то заблудился в городе и, не зная ни слова по-французски, тем не менее, очень быстро пешком добрался до своего отеля, постоянно опрашивая разноцветных прохожих, которые оказывались очень любезными и доброжелательными людьми.
     К своей досаде, я ни разу так и не увидел ни одного мента или хотя бы гаишника, к которому можно было бы обратиться за помощью. Нет их в Брюсселе ни одного! Люди в жизни обходятся без их участия. Для нас, совков, это непривычно.
     И ещё непривычна для нас та толерантность между людьми, которая сквозит в каждом движении людей, в каждом их поступке. В последний день отъезда мы подозвали такси к подъезду отеля. Тот, припарковываясь, случайно задел в автомобильной толчее стоящую машину. Конфликт был урегулирован буквально за пять минут. Водитель такси заполнил какую-то бумажку, расписался в ней и отдал пострадавшему, и они разошлись спокойно, без эмоций. Мы же были шокированы: ведь у нас такой конфликт не обходится без драки или хотя бы оскорблений словесных. Здесь же обошлись даже без гаишников, которых я так и не увидел за всю командировку. По-видимому, их в Бельгии вообще не существует. А когда мы расплачивались с таксистом, который, кстати, был африканцем, то он вернул нам те 2 евро, что нащёлкал счётчик во время вынужденного стояния при заполнении таксистом бумажки. Вот такие нравы и обычаи в Европе.
     Что же касается взаимоотношений между людьми, то в Крыму даже три национальности не могут мирно ужиться – украинцы, русские и крымские татары. Что уж тут говорить о том калейдоскопе рас и наций, что скопился в послевоенной Европе. Да одних только турков в Германии уже 4 миллиона. И немцы при этом не кричат: «Понаехали тут!» и не устраивают погромы и поножовщины гастарбайтерам, которые так характерны для русских в России.
     Так что, заканчивая свою мысль, хочу сказать: если Украина хочет стать европейским государством, ей придётся сильно меняться. Менять свой быт и менять сознание. И именно в такой последовательности – сначала быт, а потом сознание. Ибо давно известно, что только бытие определяет сознание.

     Э.Кудусов
     постоянный представитель
     Меджлиса крымскотатарского народа и
     Крымских караимов в ФСЕНМ,
     Председатель правления Землячества
     крымских татар в Москве, учёный,
     писатель.



 На главную страницу Хроника и события